Третий рейх уходит под землю

Третий рейх уходит под землю

СЕКРЕТНЫЕ ТОННЕЛИ — В НИКУДА

Зрелище не для слабонервных, когда в лесных сумерках из смотровых щелей старых дотов и бронеколпаков выбираются, копошась и попискивая, летучие мыши. Крылатые вампиры решили, что эти многоэтажные подземелья люди построили для них, и обосновались там давно и надежно. Здесь, неподалеку от польского города Мендзыжечь, обитает самая большая в Европе колония нетопырей — десятки тысяч. Но речь не о них, хотя военная разведка и выбрала в виде своей эмблемы силуэт летучей мыши.

Третий рейх уходит под землю

Об этой местности ходили, ходят и долго еще будут ходить легенды, одна мрачнее другой.

«Начнем с того, — рассказывает один из первопроходцев здешних катакомб полковник Александр Лискин, — что вблизи лесного озера, в железобетонном коробе был обнаружен заизолированный выход подземного силового кабеля, приборные замеры на жилах которого показали наличие промышленного тока напряжением в 380 вольт. Вскоре внимание саперов привлек бетонный колодец, который проглатывал воду, низвергавшуюся с высоты. Тогда же разведка доложила, что, возможно, подземная силовая коммуникация идет со стороны Мендзыжеча. Однако здесь не исключалось и наличие скрытой автономной электростанции, и еще то, что ее турбины вращала вода, падающая в колодец. Говорили, что озеро каким-то образом соединено с окружающими водоемами, а их здесь немало.

Саперы выявили замаскированный под холм вход в тоннель. Уже в первом приближении стало ясно, что это серьезное сооружение, к тому же, вероятно, с разного рода ловушками, включая минные. Говорили, что как-то подвыпивший старшина на своем мотоцикле решил на спор проехаться по таинственному тоннелю. Больше лихача не видели.»

Третий рейх уходит под землю

Что бы там ни говорили, бесспорно одно: в мире нет более обширного и более разветвленного подземного укрепрайона, чем тот, который был прорыт в речном треугольнике Варта — Обра — Одер более полувека назад. До 1945 года эти земли входили в состав Германии. После крушения Третьего рейха вернулись к Польше. Только тогда в сверхсекретное подземелье спустились советские специалисты. Спустились, поразились протяженности тоннелей и ушли. Никому не хотелось затеряться, взорваться, исчезнуть в гигантских бетонных катакомбах, уходивших на десятки(!) километров к северу, югу и западу. Никто не мог сказать, с какой целью были проложены в них двупутные узкоколейки, куда и зачем убегали электропоезда по бесконечным тоннелям с бесчисленными ответвлениями, тупиками, что перевозили они на своих платформах, кто был пассажиром. Однако доподлинно известно, что Гитлер по меньшей мере дважды побывал в этом подземном железобетонном царстве, закодированном под названием «RL» — Regenwurmlager — «Лагерь дождевого червя».

Смотреть фильм:

Подземелья Рейха / The Reich Underground

В конце Второй Мировой Войны по всей Германии победители обнаружили огромные недостроенные системы туннелей. Гитлер распорядился о сооружении около 800 подземных комплексов в попытке удержать на плаву немецкую военную промышленность. 60 лет назад союзники пытались уничтожить их, в том числе, и личный альпийский бункер Гитлера. Целые участки системы туннелей до сих пор остаются не исследованными.

Зачем?

Под знаком этого вопроса проходит любое исследование загадочного объекта. Зачем было сооружено гигантское подземелье? Зачем проложены в нем сотни километров электрофицированных железных дорог, и еще добрая дюжина всевозможных «зачем?» и «почему?»

Третий рейх уходит под землю

Местный старожил — бывший танкист, а ныне таксист по имени Юзеф, захватив с собой люминесцентный фонарь, взялся сводить нас к одному из двадцати двух подземных вокзалов. Все они обозначались когда-то мужскими и женскими именами: «Дора», «Марта», «Эмма», «Эмма». Ближайший к Мендзыжечу — «Хенрик». Наш гид утверждает, что именно к его перрону прибывал из Берлина Гитлер, чтобы отсюда отправиться уже по поверхности в свою полевую ставку под Растенбергом — «Вольфшанце». В этом есть своя логика — подземный путь из Берлина позволял скрытно покидать рейхсканцелярию. Да и до «Волчьего логова» отсюда всего лишь несколько часов езды на машине.

Юзеф гонит свой «Полонез» по неширокому шоссе на юго-запад от города. В деревушке Калава сворачиваем в сторону бункера «Шарнхорст». Это один из опорных пунктов оборонительной системы Поморского вала. А места в округе — идиллические и никак не вяжутся с этими военными словесами: холмистые перелески, маки во ржи, лебеди в озерцах, аисты на крышах, соснячки, горящие изнутри солнцем, косули бродят.

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АД!

Живописный холм с нестарым дубом на вершине был увенчан двумя стальными бронеколпаками. Их массивные сглаженные цилиндры с прорезями походили на тевтонские рыцарские шлемы, «забытые» под сенью дубовой кроны.
Западный склон холма обрывался бетонной стеной в полтора человеческих роста, в которую была врезана броневая гермодверь в треть обычной двери и несколько воздухозаборных отверстий, забранных опять же бронированными жалюзями. То были жабры подземного монстра. Над входом надпись, набрызганная из баллончика с краской: «Welcome to hell!» — «Добро пожаловать в ад!»

Третий рейх уходит под землю

Под пристальным оком пулеметной амбразуры флангового боя подходим к броневой дверце и открываем ее длинным специальным ключом. Тяжелая, но хорошо смазанная дверь легко распахивается, и в грудь тебе смотрит еще одна бойница — фронтального боя. «Вошел без пропуска — получи автоматную очередь», — говорит ее пустой немигающий взгляд. Такова камера входного тамбура. Когда-то ее пол предательски проваливался, и незваный гость летел в колодец, как это практиковалось в средневековых замках. Теперь он надежно закреплен, и мы сворачиваем в узкий боковой коридорчик, который ведет внутрь бункера, но через несколько шагов прерывается главным газовым шлюзом. Выходим из него и попадаем в блок-пост, где караул проверял когда-то документы всех входящих и держал под прицелом входную гермодверь. Только после этого можно войти в коридор, ведущий в боевые казематы, прикрытые бронекуполами. В одном из них до сих пор стоит ржавый скорострельный гранатомет, в другом размещалась огнеметная установка, в третьем находились тяжелые пулеметый. Здесь же «каюта» командира — «фюрер-раум», перископные выгородки, радиорубка, хранилище карт, туалеты и умывальник, а также замаскированный запасной выход.

Третий рейх уходит под землю

Этажом ниже — склады расходных боеприпасов, цистерна с огнесмесью, камера входной ловушки, она же карцер, спальный отсек для дежурной смены, фильтровентиляционная выгородка… Здесь же и вход в преисподнюю: широкий — метра четыре в диаметре — бетонный колодец отвесно уходит вниз на глубину десятиэтажного дома. Луч фонаря высвечивает на дне шахты воду. Бетонная лестница спускается вдоль шахты крутыми узкими маршами.

Третий рейх уходит под землю

«Тут сто пятьдесят ступенек», — сообщает Юзеф. Мы идем за ним с замиранием сердца: что внизу? А внизу, на глубине 45 метров, — высокосводный зал, похожий на неф старинного собора, разве что собранный из арочного железобетона. Шахта, вдоль которого вилась лестница, обрывается здесь для того, чтобы продолжиться еще глубже, но уже как колодец, почти до краев заполненный водой. Есть ли дно у него? И для чего вздымается нависающая над ним шахта аж до казематного этажа? Юзеф не знает. Но он ведет нас к другому колодцу, более узкому, прикрытому крышкой люка. Это источник питьевой воды. Можно хоть сейчас зачерпнуть.

Оглядываю своды здешнего аида. Что видели они, что творилось под ними? Этот зал служил гарнизону «Шарнхорста» военным городком с тыловой базой. Здесь в главный тоннель, как притоки в русло, «впадали» двухъярусные бетонные ангары. В них размещались две казармы на сто человек, лазарет, кухня, склады с продовольствием и амуницией, электростанция, топливохранилище. Сюда же через шлюзовую противогазовую камеру подкатывали и вагонеточные поезда по ветке, уходящей к магистральному тоннелю на вокзал «Хенрик».

— Пойдем на вокзал? — спрашивает наш провожатый.

Юзеф ныряет в невысокий и неширокий коридор, и мы за ним. Пешеходная потерна кажется бесконечной, идем по ней ускоренным шагом уже четверть часа, а света в конце тоннеля не видно. Да и не будет здесь никакого света, как, впрочем, и во всех остальных «норах дождевого червя».

Третий рейх уходит под землю

Только тут замечаю, как продрог в этом стылом подземелье: температура здесь постоянная, что летом, что зимой, — 10oС. При мысли, под какой толщей земли тянется наша щель-тропа, и вовсе становится не по себе. Низкий свод и узкие стены сжимают душу — выберемся ли отсюда? А если обрушится бетонное перекрытие, а если хлынет вода? Ведь более полувека все эти конструкции не знали ни ухода, ни ремонта, сдерживают, а ведь они сдерживают, и давление недр, и напор воды…

Когда на кончике языка уже завертелась фраза: «Может, вернемся?», узкий ход наконец влился в широкий транспортный тоннель. Бетонные плиты составляли здесь подобие перрона. Это и был вокзал «Хенрик» — заброшенный, пыльный, темный… Сразу же вспомнились те станции берлинского метрополитена, которые до недавних лет пребывали в подобном же запустении, поскольку находились под стеной, рассекавшей Берлин на восточную и западную части. Их было видно из окон голубых экспрессов — эти каверны застывшего на полвека времени… Теперь, стоя на перроне «Хенрика», нетрудно было поверить, что рельсы этой ржавой двупутки добегают и до берлинского метро.

Третий рейх уходит под землю

Мы сворачиваем в боковой ход. Вскоре под ногами захлюпали лужи, по краям пешеходной дорожки тянулись водоотводные канавки — идеальные поилки для летучих мышей. Луч фонаря прыгнул вверх, и над нашими головами зашевелилась большая живая гроздь, слепленная из костлявокрылых полуптиц-полузверьков. Холодные мурашки побежали по спине — экая пакость, однако! Даром, что полезная — комаров жрет.

Говорят, души погибших моряков вселяются в чаек. Тогда души эсэсовцев должны обращаться в летучих мышей. И судя по количеству гнездившихся под бетонными сводами нетопырей, вся дивизия «Мертвая голова», бесследно исчезнувшая в 45-м в мезерицком подземелье, до сих пор укрывается от солнечного света в виде рукокрылых тварей.

Прочь, прочь отсюда, и как можно скорее! НАШ ТАНК — НАД БУНКЕРОМ

На вопрос «зачем был создан Мезерицкий укрепрайон» военные историки отвечают так: для того чтобы навесить мощный замок на главную стратегическую ось Европы Москва — Варшава — Берлин — Париж.

Третий рейх уходит под землю

Китайцы построили свою Великую стену, дабы на тысячи ли прикрыть границы Поднебесной империи от вторжения кочевников. Немцы сделали почти то же самое, воздвигнув Восточный вал — Ostwall, с той лишь разницей, что проложили свою «стену» под землей. Сооружать ее они начали еще в 1927 году и только через десять лет закончили первую очередь. Полагая отсидеться за этим «неприступным» валом, гитлеровские стратеги двинулись отсюда сначала на Варшаву, а потом на Москву, оставив в тылу захваченный Париж. Итог великого похода на восток известен. Натиск советских армий не помогли сдержать ни противотанковые «зубы дракона», ни бронекупольные установки, ни подземные форты со всеми их средневековыми ловушками и наисовременнейшим оружием.

Третий рейх уходит под землю

В зиму сорок пятого бойцы полковника Гусаковского проломили этот «непроходимый» рубеж и двинулись напрямую к Одеру. Здесь же, под Мендзыжечем, бился с «Мертвой головой» танковый батальон майора Карабанова, который сгорел в своем танке. Памятник нашим бойцам у деревни Калава не посмели сломать никакие экстремисты. Его молча охраняет мемориальная «тридцатьчетверка», даром что теперь она осталась в тылу у НАТО. Пушка ее смотрит на запад — на бронекупола бункера «Шарнхорст». Старый танк ушел в глубокий рейд исторической памяти. По ночам над ним кружат летучие мыши, но иногда на его броню кладут цветы. Кто? Да те, кто еще помнит тот победный год, когда эти земли, изрытые «дождевым червем» и все равно благодатные, снова стали Польшей.

Оцените
(Пока оценок нет)
Загрузка...
Андрей Клешнёв
Андрей Клешнёв
Оцените автора
Тайны.нет
Добавить комментарий

  1. Аватар
    Додик Гимпелевич

    Додик Гимпелевич Летнее приключение или …секретный бункер (рассказ)
    …До 1961 года мой отец офицер ВВС СССР, служил на мысе Шмидта (Чукотка), крайняя точка Советского Союза. Чукотка, тогда ещё не принадлежала Роману Абрамовичу. Затем отца направили в Белоруссию, в чудесный и несравненный город Бобруйск, в войсковую часть 36790. В Бобруйске был дислоцирован полк дальней авиации. В авиагородке мы жили в 9-ом доме, в 3-ей квартире, как писали обратный адрес, Бобруйск — 17. Наступил июнь, начались каникулы. Мой приятель ЗСМ, или Завода Сергей Михайлович, мечтал — эх, взять бы сейчас лодочку, да махнуть вниз по течению Березины. Пожить в палатке. Половить рыбку, поесть ухи. Да, заманчивое предложение. Родители не пустят, ответил я. А мы скажем, что этот поход организует отец нашего одноклассника-отличника — Игоря Кирина, сразу нашелся Сергей. Наши «родичи» проверять не стали, поверили нам на слово. И мы стали собираться. Сергей выпросил у своего старика надувную оранжевую лодку. В поход взяли всё самое необходимое. Из продуктов забросили в вещмешок пару банок тушенки, сгущенку, макароны, рис и хлеб. И с утра пораньше двинулись на Березину. Накачали лодку, спустили на воду, сложили вещи. Сели и …погребли на середину. Течение подхватило наше легкое судёнышко, как перышко и закрутило по мутной торфяной воде. Сергей лежал в лодке, и вяло шевелил алюминиевым веслом, словно рыба плавником. Наш план был такой, — за два дня доплыть до Светлогорска, затем сесть на рейсовый автобус и вернуться в Бобруйск. По берегам реки стояли домики, будто игрушечные. …На воде покачивались привязанные цепями рыбацкие лодки, с их кормы мальчишки удили рыбу. Навстречу попадались пароходики, они хрипло гудели, толкали перед собой тяжелые баржи груженные песком или щебнем. У местных, мы уточняли название селений. Река затейливо петляла среди торфяников. Несколько раз мы переносили лодку, плыли по торфяным болотам и каналам. Видели запруды и бобровые хатки. Мелиораторы осушали тут болота и добывали торф, а из него готовили брикеты, топить печки. В итоге забрались в такие непроходимые болота, что …мама не горюй. Вскоре перед нашим взором появился сказочный остров, весь покрытый соснами. Вытащили лодку на берег, просушили, сложили рюкзаки, развернули палатку. Было видно, что сюда ещё не ступала нога человека. Насобирали сухих веток и развели костёр. Отварили рис, заправили тушенкой, попили чайку. Вечерело. Багровое солнце уже катилось к закату. Новый день обещал быть солнечным. Нас разморил свежий воздух. Да ещё сказалась усталость, и мы рано завалились спать. Ночью похолодало, и комары заели. Рассвело. Над болотом стоял густой туман. Вскипятили воду, умылись. После завтрака немного порыбачили. Поймали ерша, пару окуньков и плотвичек. Сергей предложил обследовать наш остров. Мы забрались на жёлтую песчаную вершину, поросшую соснами и елями. В центре этой полянки, в зарослях папоротника обнаружили яму, круглую и глубокую, словно колодец. Я заглянул вниз. Из кармана куртки выскользнули ключи от квартиры и полетели в …черную дыру. Тьфу ты! Пришлось вернуться в палатку за фонариком. Сергей обвязал меня веревкой, и стал спускать. На дне ямы, тускло блеснули мои ключи. Я подобрал их, и хотел уже выбираться, но заметил, что стены этого колодца сложены из кирпича. А кладка примыкала к стене. Это был потемневший и позеленевший от сырости и времени бетон, местами поросший мхом. Вот тебе и необитаемый остров!? Откуда это взялось в болотной глуши? Хотя во время войны в этих непроходимых болотах говорят, прятались партизаны. Но уже после войны, в лесу, люди натыкались, на заросшие травой землянки и окопы, разрушенные блиндажи, доты и дзоты. Ребятишки находили патроны, гранаты, проржавевшее оружие, и прострелянные каски. Были случаи, когда грибники подрывались на минах. Ещё я обнаружил в стене ржавую решётку-жалюзи, через которую из глубины поступал холодный воздух. Что за чёртовщина? Сергей принёс топорик, привязал верёвку к сосне и спустился. Мы решили отогнуть решетку, а вдруг здесь спрятаны сокровища? С большим трудом, но решетка поддалась. Лаз был метра два длинной, и уходил вглубь острова. Было боязно, но любопытство побороло страх. Ход был очень узкий, не развернуться. Первым туда медленно протиснулся Сергей, но вдруг он …затих. Что там нетерпеливо спрашивал я. Завода, начал стучать топором по металлу, затем послышался глухой, утробный звук, словно что-то рухнуло. Послышался удивленный голос приятеля – ого, да здесь целое помещение. Сергей бросил вниз верёвку и стал осторожно спускаться. Давай теперь ты, крикнул он. Я подполз к самому краю, Завода подсвечивал мне снизу фонариком. Тусклый свет выхватил тёмные стены. Ох, ничего себе!? Мы осмотрелись. К потолку и стенам крепились провода и толстые, чёрные кабели в металлической оплётке. А вдруг это охраняемый военный объект? Не хватало того, чтобы нас здесь ещё задержали. Может лучше вернуться? Наш лаз, похоже, обычная воздушная вытяжка. Везде чисто и сухо. Под потолком на крючьях висели зарешёченные стеклянные плафоны. Подсвечивая под ноги, мы вышли в центр сооружения. На стенах и потолке виднелись швы от досок, так заливают цементный раствор, под фундамент. В стенах находились несколько закрытых железных дверей. Вдоль стен стеллажи, покрашенные серой краской. На них, под самый потолок сложены тёмно-серые деревянные ящики с орлами, и свастикой. Цифры и надписи, похоже, на немецком языке. Куда-то вниз уходила бетонная лестница. В темноте видны ступени. Сергей посветил. Вход тоже закрыт железной решеткой и опломбирован. Вокруг чистота. А вдруг это немецкий бункер, времен войны? Нас распирало любопытство. Мы снова вернулись к ящикам. Интересно, а что внутри? Но они были закрыты, и соединены проводами. Слава богу, что у нас хватило ума не трогать их. А вдруг всё заминировано, или это сигнализация. От нервного напряжения и холода, нас стал трясти озноб. Уже хотелось только одного, поскорей вырваться из этого зловещего волчьего логова. Измазанные, мы выбрались из ямы, и почувствовали облегчение. Наверху ярко светило солнце, щебетали лесные птички. А наши горячие головы приятно обдувал тёплый, летний ветерок. Казалось всё, что мы увидели, это какой-то страшный сон. Только теперь до нас стало доходить, как это было опасно. Быстро собрали свои вещи, накачали лодку, и бросились прочь от этого таинственного и загадочного острова. Работали веслами, как будто за нами кто-то гнался. Через час, обессиленные, мы выбрались на твердую землю. На попутной машине добрались до райцентра Паричи. Решили никому, ничего не рассказывать. Во-первых, нам просто не поверят. А если сказать правду родителям, ещё и влетит. Но, интересно, а что было в тех …ящиках? Наверно пистолеты или автоматы, а может гранаты? После срочной службы в армии, я пытался отыскать тот островок, но всё …безуспешно. Старожилы из деревни «Ковчицы-2», Светлогорского р-на, рассказывали, что в этих местах, во время войны, немцы вели какие-то строительные работы. Они были большие мастера по возведению разных фортификационных сооружений. Может это склады с оружием и боеприпасами? В войну, фрицы окружили большую территорию колючей проволокой. А снаружи всё это охраняли бронемашины с солдатами. Немцы установили по всему периметру вышки с пулемётами, а вокруг, метров на сто вырубили лес. Вглубь территории провели железнодорожную ветку. Её бдительно охраняли части «СС». После, этого пригнали состав с военнопленными, и туда потоком пошли железнодорожные составы. Но подобраться к ним было почти невозможно. Наши летчики пытались прорваться с воздуха, но в Бобруйске, с аэродрома немцы сразу же, поднимали самолёты на перехват. Когда фашисты отступали, то с территории не вышел ни один военнопленный, видно их всех расстреляли и утопили в болоте. А, затем они сожгли все наземные постройки и подожгли лес. Но немцы явно рассчитывали вернуться, поэтому и не стали взрывать этот секретный объект. После войны, в конце 60-х годов, наши военные пыталась обнаружить вход в это тайное подземное сооружение. Под видом геологов, на специальных автомобилях, они бурили в лесу скважины. А чтобы не привлекать внимание населения, они всем объясняли, что ищут в лесу нефть. С воздуха пытались производить аэрофотосъёмку, но болота надёжно хранили …свою тайну. Местные жители говорили, что они живут, как на пороховой бочке. Ведь, что там находится внутри, так никто и не знает. Поэтому в любое время, всё может просто взлететь на воздух. Конечно, со временем обнаружат это змеиное гнездо, и на земле станет ещё одной тайной меньше…

    Ответить