Где ждать следующей катастрофы?

Землетрясения на Гаити, в Чили, Турции… Череда природных катаклизмов ужасает мир. Естественно, мы беспокоимся: а не грозят ли катастрофы России? С этим вопросом мы обратились к человеку, который в свое время предсказал одно из самых ужасных землетрясений — в Ленинакане в 1988 году. Тогда Виктор Романович ЯЩЕНКО возглавлял Главное управление геодезии и картографии при Совмине СССР. Сейчас он на пенсии, но продолжает писать научные работы и книги о жизни геодезистов и топографов.

В. ЯЩЕНКО: Комары, мошка, болота, бурные реки, морозы, снежные заносы… Я 10 лет провел в экспедициях в Сибири, столько всего пережил и увидел…

— Виктор Романович, пока не вижу взаимосвязи между геодезией и картографией и землетрясениями.

— В нашей отрасли делаются карты вертикального движения земной коры. По такой карте сразу видно, где именно земля наиболее активно “дышит” — места подъема помечены коричневым цветом, места опускания — зеленым. На карте европейской части России выделяется устрашающий темно-коричневый овал вокруг Ставрополя, где скорость подъема земной коры достигает критических величин — 8 мм/год. Такая же скорость зафиксирована в Ленинакане, где произошло в 1988-м ужасное землетрясение.

— Вроде бы это не такая уж большая цифра — 8 мм в год…

— Если земля поднимается, значит, рано или поздно где-то произойдет “разрыв”. В Ставрополе уже происходило 8-балльное землетрясение 2 октября 1971 г., но напряженность в земной коре продолжается — это подтвердили измерения. Подобные процессы происходят в Дагестане. 14 мая 1970 года там произошло разрушительное землетрясение. Сразу же были выполнены геодезические измерения, которые указали на резкий перепад в направленности движений, затем снова стала возрастать напряженность, и 31 января 1999 года с эпицентром в Кизилюрте произошло землетрясение в 7 баллов.

— Угрожающие данные касаются только южных районов?

— К сожалению, таких “горячих” точек много. На азиатской части страны самым тревожным регионом является озеро Байкал. Его берега расходятся, котловина расширяется со скоростью 2 см/год. Опасность заключается в разнонаправленности движений земной коры вокруг озера. Бросается в глаза темно-коричневое плато в 200 км на северо-восток от Байкала, охватывающее Северо-Муйский хребет, озеро Баут, Муйскую долину, где происходит подъем земной коры со скоростью 15 мм/год. А в Верхне-Ангарской котловине — даже 25 мм/год. Такие экстремальные движения встречаются очень редко.

— Земля везде поднимается?

— Нет. Северная часть острова Сахалин опускается со скоростью 8 мм/год. Побережье Охотского моря в зоне Магадана движется вниз. Резкое опускание происходит на полуострове Таймыр — до 15 мм/год. А Норильск со всей прилегающей инфраструктурой буквально “проваливается” со скоростью 21 мм/год.

Чего ждать в Сочи?

— А что со столицей происходит? И с центральными областями страны?

— Москва опускается со скоростью 3 мм/год, причем восточная окраина движется более активно. Оседает и Санкт-Петербург. Тверь уходит вниз на 6 мм/год. Поднимаются Владимир, Елец, Смоленск.

— Значит ли это, что всем нам надо ждать землетрясения?

— Тут можно провести такую аналогию. Во многих семьях происходят скандалы, растет напряжение, но это совершенно не значит, что все эти браки распадутся. Так и с землетрясениями. Мы можем лишь констатировать опасные регионы. Механизмы природных катаклизмов до конца не изучены. Поэтому никто не может на 100% сказать, где и когда случится катастрофа. Природные причины дыхания земли определить и предотвратить сложно.

— Что же делать?

— Надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. Например, при строительстве учитывать сейсмоопасность. Мы готовимся к Олимпиаде в Сочи, а между тем это тоже небезопасный регион. Здесь происходят разнонаправленные движения земной коры: Сочи — плюс 2,6 мм/год, Горячий Ключ — минус 6 мм/год, Крымск — минус 2 мм/год. В свое время на всех ГЭС страны были созданы геодинамические полигоны, которые проводили геодезические измерения. Их было 50 по всей стране, данные собирали, анализировали. Увы, сейчас это никому не нужно. Между тем тревогу вызывают опускания земной коры вблизи Саяно-Шушенской ГЭС — Абакане, Аскизе, Кызыле до минус 10 мм/год. Около Перми и к северу от Уфы происходят провалы земли, а здесь проложены магистральные нефте- и газопроводы. Соответственно, на границах блоков земной коры происходят разрывы…

— Какое министерство или ведомство сейчас занимается этими вопросами?

— Двадцать лет назад этим занимался Госкомитет по геодезии и картографии. Потом геодезию пытались отдать в ведение и строителей, и транспорта. Теперь в Минэкономразвития создана Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии. Сейчас идет очередная реорганизация… В общем, “трясет” нас похлеще всех землетрясений. Даже слово “геодезия” из названия исчезло. Но от того, что не стало слова, проблем не уменьшилось. Составление карты движений земной коры — это лишь малая толика из того, чем занимаются геодезисты и картографы. Сейчас все говорят о ГЛОНАСС, а службу, которая напрямую этим должна заниматься, в очередной раз сокращают…

— Это, видимо, “подарок”. У вас же 14 марта был профессиональный праздник.

— Да, только это праздник со слезами на глазах. Наша профессия — одна из самых сложных. Ведь вопреки расхожему мнению первопроходцы — это не геологи, а геодезисты. Именно наши работники первыми прошли всю огромную территорию страны, а геологи уже идут по нашим картам.

Кстати, подробная карта страны была составлена не так давно: только к 1990 году у нас не осталось “белых пятен”. Теперь среди стран с большой территорией только у нас есть полная карта масштаба 1:25 000. Ни у Америки, ни у Канады такого нет — подробные карты там составлены только для самых обжитых районов. Но за эту победу мы заплатили дорого… При проведении работ погибло более 900 человек — тонули в реках, замерзали в тайге, были растерзаны медведями-шатунами. В тайге каждый день работы — это уже подвиг. Представьте, тащить на себе груз около 30 кг — оборудование, еда, идти через непролазный лес, и при этом делать высокоточные измерения. Комары, мошка, болота, бурные реки, морозы, снежные заносы… Я сам 10 лет провел в экспедициях в Сибири, столько всего пережил и увидел — уже несколько книг написал обо всем этом. И сегодня хотел бы низко поклониться тем людям, которые посвятили свою жизнь этой нелегкой, но очень нужной и благородной профессии.

Тайна “снежного человека”

— Как же могло так получиться, что геодезисты, пройдя всю страну, не обнаружили раньше Пескова семью Лыковых? Ведь эти отшельники многие десятилетия не видели людей?

— Это совсем не так! Их домик был занесен на карту еще в 1940 году. Конечно, геодезисты встречались с этой необычной семьей, оставили Лыковым какие-то вещи. Топор, например, потому что без него в тайге тяжело. Мы знаем и более сенсационные случаи. Например, членам одной из экспедиций местные жители рассказали о снежном человеке, который живет в лесу. Геодезисты нашли его берлогу, ловушки для зверей и даже пару раз видели издалека огромное волосатое чудовище, встречали его следы на снегу. Но поскольку великан никому не причинял вреда, оставили его в покое. И даже разгадали эту тайну. Выяснилось, что в одной из местных деревушек жил очень высокий, сильный, выносливый парень, он был прекрасным рыболовом и охотником. Во время войны его забрали на фронт. После победы юноша вернулся в родную деревню и узнал, что его дом сгорел, старенькая мать не смогла выбраться из пожара… Больше его никто не видел, а через какое-то время неподалеку объявился “снежный человек”.

И таких историй у геодезистов очень много. Помню, как у одного из них, Василия Федоровича Колесняка, сломалась рация, он не смог выйти в назначенное время к месту приземления вертолета. Коллеги пытались найти его, но в тайге это нереально. Через три месяца все поняли, что ждать уже бесполезно, и устроили поминки. Представляете чувства сидевших за столом, когда дверь на базу отворилась и вошел “покойник” — исхудавший, обросший, но живой! Причем он не просто выбирался из тайги, но по пути проводил геодезические работы.

mk.ru

No related links found


Комментарии:

Leave a reply